Давно хотела посмотреть это кино и вот желание мое вчера исполнилось.

 Собственно, фильм является творением Лорана Бутонна, производства США-Франция, выпуск 1994 года… Действие происходит во Франции во время Первой мировой (ближе к концу). Текст – английский, что уже само по себе плохо. В главных ролях – Милен Фармер (поклонники, налетайте) и Джефф Дальгрен (внешне – эдакая помесь Деппа и Горана Виснича, местами отдающая Брэдом Питтом... хотя это только мое мнение).

 Сюжет повествует о том, как некий доктор с отравленными газом легкими…. Знаете, я с детства терпеть не могу пересказывать содержание фильмов. Вот что можно найти на сайте http://www.kinopoisk.ru/level/1/film/36366/ :
«1918 год. Молодой доктор Джорджо Волли, отвоевавший свое на фронте, отправляется в детский приют, где когда-то работал. Приют во время войны был эвакуирован в затерянную в горах деревушку, окруженную мрачными лесами и непроходимыми болотами. Добравшись туда, Джорджо узнает, что все дети погибли, а местные жители, озлобленные и безудержные в своей жестокости, винят в их смерти странную рыжеволосую Катрин…»

 Там же и несколько отзывов. Они очень развернутые и… мнэ… глубокие. Поминают Кафку и даже Ремарка. Сравнивают с «Сонной лощиной» и «Братьями Гримм».

 А теперь мои ощущения. Предварительно хочу сказать, что все выходные у меня было плохое настроение, поэтому на фильм я возлагала большие надежды. Потому как падкая я на «красивое кино».

 Так вот. Где-то с середины фильма я начала активно поглядывать на часы. Сперва сюжет заинтриговал, но потом вся эта свистопляска с повторениями начала утомлять. На мой скромный взгляд исполнителям главных ролей не удалось показать характеры их героев. Хоть ярко-рыжим волосам Милен Фармер и идет черный шелк, но впечатления «взрослой девушки с детским умом» она ну никак не производит. Дальгрен тоже не тянет ни на доктора, ни на бывшего солдата. Ну, какой-то приличный молодой человек, разыскивающий детишек. Тема сисек  возникновения любви Джорджо к Катрине не раскрыта. Этак суетня непонятная, а потом бац – женюсь, люблю! Ну… скомкано. Постоянные «прогулки» героев фильма на морозе да по болотам, да с провалами под лед на удивление не оканчиваются плачевно. И даже когда Джорджо полночи блуждает насквозь мокрым на морозе по лесу со своими больными легкими и деревенские детишки, найдя его замерзшим под деревом, волокут его на веревке, - ничего, выживает наш главный герой, будь здоров! Режиссер на протяжении всего фильма пытается шокировать зрителя. То есть, это я так думаю. В этом отношении внимания заслуживает только сцена в дурдоме – условия содержания и методы «лечения» душевнобольных. Темный зловонный подвал, куда врачи заходят только в противогазе, набитый сумасшедшими – это сильно...

Сцена же бабьей пьянки в трактире не поражает нисколько, даже отвращения особо не вызывает, потому как слишком наиграна. Плюс к тому, тетки из французского захолустья, орущие по-английски пахабные песенки, - это глупо, привет режиссеру.

Короче говоря, к концу картины мой мозг устал и начал развлекать себя угадыванием концовки: узнает ли Джорджо, что таки сталось с детьми, убьют ли тетки Катрину, окажется ли Джорджо сам в дурдоме…. Не угадал мой мозг концовку.

 Ежели смотреть это кино в плохом настроении (ну вот как я)), то возможны два варианта: либо легкая хандра перетечет в депрессию, либо вы покрутите пальцем у виска и вспомните, что завтра на работу, а уже два часа ночи пойдете спать.

 А если серьезно, то «Джорджино» посмотреть занятно, местами фильм красив, похож слегка (но только слегка!) на «Сонную лощину». Действительно, при просмотре вспоминается «Замок» Кафки и ремарковкое «На западном фронте без перемен». Но это только если подумать. На что замахивался режиссер – понятно. Но вот исполнение подкачало: фильм все же отдает дешевизной и голливудщиной в угоду массовому зрителю.

В сфере недропользования управленческие функции осуществляют Минприроды, Роснедра, Минэнерго, Ростехнадзор, Росприроднадзор, Минрегион, Росреестр и Росстат.

В этой связи предлагаю сформировать специальную рабочую группу и поручить ей представить предложения по созданию централизованной системы управления минеральными ресурсами.

Во-вторых, у нас по-прежнему сохраняются излишние административные барьеры по всей цепочке - от получения лицензии на геологоразведку до начала промышленного освоения участков недр. В том числе, это препятствует превращению геологоразведки в полноценный вид бизнеса, который мог бы поставлять на рынок комплексный продукт - месторождение, полностью подготовленное к разработке, со всей сопутствующей технологической информацией и необходимыми решениями и лицензиями. Поручения по снятию бюрократических рогаток давались неоднократно, но дело движется недопустимо медленно.

До сих пор недропользователям - а здесь я вижу много представителей наших крупных компаний - приходится по несколько лет оформлять необходимые документы после принятия принципиальных решений, по несколько лет бегать по всяким ведомствам. Это - крупные недропользователи, что же говорить о более мелком бизнесе или среднем. "

Особенно меня порадовало вот это вот: "В сфере недропользования управленческие функции осуществляют Минприроды, Роснедра, Минэнерго, Ростехнадзор, Росприроднадзор, Минрегион, Росреестр и Росстат. В этой связи предлагаю сформировать специальную рабочую группу и поручить ей представить предложения по созданию централизованной системы управления минеральными ресурсами. " Это просто пять баллов, як гутарят. Давайте. Давайте объединять Роснедра и Ростехнадзор. Росстат и Минприроды. Или нет, давайте не будем так делать, давайте создадим что-нибудь новенькое, но с функциями всего сразу. Чего недропользователям ходить в Ростехнадзор, а потом к нам в ГКЗ? Пусть он все будет делать в одном учреждении! Давайте мы будем в одном кабинете выдавать лицензии и утверждать запасы, блин! Давайте наплодим еще больше чиновников - потому что объять необъятное невозможно. Барьеры у нас сохраняются административные, видите ли. Лицензию не дадут, пока кучу бумажек не принесешь. Ай, беда. Геологоразведка в полноценный вид бизнеса не превращается никак. Безобразие. Интересно, а сейчас это какой вид бизнеса? Ах надо, чтобы полноценным продуктом на рынок выставлялось готовенькое к отработке месторождение? А я как-то по старинке думала, что нужно не бросать все на полдороге, а доводить дело до конца, не халтурщикам лицензии выдавать, а серьезным компаниям, готовым вести и разведку, и дальнейшую отработку.
Ха-ха, крупные недропользователи годами бегают по инстанциям, оформляя бумажки. А как же наш бедный мелкий и средний бизнес (фу, когда только наше руководство оставит эту гнусную привычку - кидаться к месту и не к месту словечком "бизнес")? Им, наверное, еще хуже? Конечно-конечно, для мелкого месторождения совершенно те же самые бюрократические препоны... Вы еще скажите, что налоги и пошлины с них дерут в том же размере...

Короче говоря, нам мешали спокойно работать почти весь день. Приехал, провел в нашем здании совещание со своими трутневыми-сечиными-миллерами... И мне пока непонятно, что ждет  перспективе нашу сферу. Чего они там собираются централизованного создавать - всероссийскую геологоразведочную службу или службу всероссийского мониторинга геологоразведки?

«- Вот я помню, мы ходили к Урану на "Хиусе-8"... в две тысячи первом...
- Не в две тысячи первом, а в девяносто девятом, - сказал Юрковский, не отрываясь от отчета. - Мемуарщик...»
Стругацкие, «Стажеры»

А вот я помню, что когда мы были маленькие - в данном случая, когда я говорю «мы», то имею в виду поколение 80-х гг. – и в начале 90-х смотрели по телевизору всякие американские фантастические фильмы (уточню – о будущем), где все летало, исчезало, появлялось и прочая и прочая, мы думали о таком будущем.

 То есть, если в фильме показаны были годы, например, 2005-2015 (а так чаще всего и было), то у нас, детей, почти не оставалось сомнений в том, что так оно и будет. Что будут роботы, киборги, говорящие компьютеры, летающие машины, галлографические объекты и полеты в другие галактики… В конце концов, мы были наивны, зелены, на носу было новое тысячелетие, а значит научно-техническая революция не за горами.

 Что же удалось «предсказать» режиссерам всяческих «терминаторов»?
 

«Отыскался след Тарасов. Сто двадцать тысяч козацкого войска  показалось на границах Украйны. Это уже не была какая-нибудь  малая  часть  или  отряд, выступивший на добычу или на угон за татарами. Нет, поднялась вся нация, ибо переполнилось терпение народа, - поднялась отмстить за посмеянье прав своих, за позорное унижение своих нравов, за оскорбление  веры  предков  и  святого обычая,  за  посрамление  церквей,  за  бесчинства  чужеземных   панов,   за угнетенье, за унию, за позорное владычество жидовства на христианской  земле - за все, что копило и сугубило с давних времен суровую  ненависть  козаков. Молодой,  но  сильный  духом  гетьман  Остраница  предводил  всею  несметною козацкою силою. Возле был виден престарелый, опытный товарищ его и советник, Гуня. Восемь полковников  вели  двенадцатитысячные  полки.  Два  генеральные есаула  и  генеральный  бунчужный  ехали  вслед  за  гетьманом.  Генеральный хорунжий предводил главное знамя; много других хоругвей и знамен развевалось вдали; бунчуковые товарищи несли бунчуки.  Много  также  было  других  чинов полковых: обозных, войсковых товарищей, полковых писарей и с  ними  пеших  и конных отрядов; почти столько же, сколько было рейстровых козаков, набралось охочекомонных  и  вольных.  Отвсюду  поднялись  козаки:  от  Чигирина,  от Переяслава, от Батурина, от Глухова, от низовой  стороны  днепровской  и  от всех его верховий и островов.  Без  счету  кони  и  несметные  таборы  телег тянулись по полям. И между теми-то  козаками,  между  теми  восьмью  полками отборнее всех был один полк, и полком тем предводил Тарас Бульба. Все давало ему перевес пред другими: и преклонные лета, и опытность, и  уменье  двигать своим войском, и сильнейшая всех ненависть  к  врагам.  Даже  самим  козакам казалась чрезмерною его беспощадная свирепость и жестокость. Только огонь да  виселицу определяла седая голова его, и совет его в войсковом  совете  дышал только одним истреблением.
Нечего  описывать  всех  битв,  где  показали  себя  козаки,  ни  всего  постепенного хода кампании: все это внесено в летописные страницы. Известно, какова в Русской земле война, поднятая  за  веру:  нет  силы  сильнее  веры. Непреоборима и грозна она, как  нерукотворная  скала  среди  бурного,  вечно изменчивого моря. Из самой средины  морского  дна  возносит  она  к  небесам непроломные свои стены, вся созданная из одного цельного,  сплошного  камня. Отовсюду видна она и глядит прямо в очи мимобегущим волнам. И  горе  кораблю, который нанесется на нее! В  щепы  летят  бессильные  его  снасти,  тонет  и ломится в прах  все,  что  ни  есть  на  них,  и  жалким  криком  погибающих оглашается пораженный воздух.
...
А что же Тарас? А Тарас гулял по всей  Польше  с  своим  полком,  выжег восемнадцать местечек, близ сорока костелов и уже доходил до Кракова.  Много избил  он  всякой  шляхты,  разграбил  богатейшие  земли  и  лучшие   замки;  распечатали и поразливали по земле козаки  вековые  меды  и  вина,  сохранно сберегавшиеся в панских погребах; изрубили и пережгли дорогие сукна,  одежды и утвари, находимые в кладовых.  "Ничего  не  жалейте!"  -  повторял  только Тарас. Не уважали козаки чернобровых панянок, белогрудых, светлоликих девиц; у самых алтарей не могли спастись они: зажигал их Тарас вместе  с  алтарями. Не  одни  белоснежные  руки  подымались  из  огнистого  пламени  к  небесам, сопровождаемые жалкими криками, от которых подвигнулась бы самая сырая земля и степовая трава поникла бы от жалости долу. Но не внимали  ничему  жестокие козаки и, поднимая копьями с улиц младенцев их, кидали к  ним  же  в  пламя. "Это вам, вражьи ляхи, поминки по Остапе!" - приговаривал  только  Тарас.  И такие поминки по  Остапе  отправлял  он  в  каждом  селении,  пока  польское правительство  не  увидело,  что  поступки   Тараса   были   побольше,   чем обыкновенное разбойничество, и тому же  самому  Потоцкому  поручено  было  с пятью полками поймать непременно Тараса.»

Пусть все будет без перекрестных ссылок, думаю, все и так все поймут.

 Не далее как вчера вечером наткнулась я в списке популярных записей нашего дорогого ЖЖ на удивительную штуку. Штука была мной прочитана, и моя вера в человечество в очередной раз понесла крупные потери.

 Собственно, автор поста (из непонятно-либеральной когорты журналистов), обосрал – будем называть вещи своими именами – советское кино с точки зрения полового вопроса. Так любимого широкими массами «секаса». С мягкой «с».

 Поскольку меня мало кто поддерживает в моих мыслях, успокоения я не найду, пока не изойду здесь ядом я все же, преодолев известное отвращение, решила написать…

 Нет, я решила не воспроизводить то множество грубых слов, что вертелись вчера у меня на языке… не бить себя пяткой в грудь, доказывая, что «автор ни разу ваще не прав и даже сам дурак!»

 Цель проста – мне хочется донести до некоторых не согласных со мной (а таких, я догадываюсь заранее, много) одну простую и ясную мысль.

 Когда-то – теперь уже давно – одна глупая тетя заявила на весь мир, что «секса у нас нет». Весь мир, включая нашу родину – эсесесер, сполз под стол от смеха. Но вот беда – фразу подхватили, фразу даже полюбили. Фразу стали нещадно эксплуатировать, пихать к месту и не к месту. В результате сложилось то, что сложилось - стереотип. Собственно, нужно сказать, что раз такая фраза родилась вообще – у нее есть свои неоспоримые корни. Да. И на танцплощадках действительно висели плакаты, разъясняющие – как надо. И минимальное расстояние между партнерами по танцу определялось как 2-3 см. И много еще чего было – смешного, маразматичного, ханжеского и глупого.

 Но, как я не устаю (хоть мне уже и надоело) повторять, во всяком деле должен преобладать здравый смысл.

 Совсем не смешной наезд автора топового поста на «советскую бесполую и антисексуальную действительность» мне, мягко говоря, непонятен. Почему жертва – именно советское кино? Почему не зарубежное кино того же времени? Почему не классическая литература – наша и зарубежная?

 Но самое-то главное даже не это.. Мне непонятно вообще, как люди смотрят фильмы. Каким местом… Как пощечина от оскорбленного персонажа оскорбившему персонажу может исказить психику детям, посмотревшим фильм?
Как-то вот получилось, что автор показал свою полную неспособность полноценно анализировать художественное произведение.
И даже мысли в голове автора и сочувствующих комментаторов не промелькнуло о том, что кино вообще-то не про то, что «секса у нас нет» или что он есть. И что оно не описывает жизнь всего без исключения населения. И что «секас»-то, любимый широкими массами, не есть ни главное, ни единственное в жизни человека.